 |
Единство Церкви в её культурном разнообразии
(по Деяниям св. Апостолов и посл. ап. Павла)
Эдуард Малашкин
( Продолжение )
Судя по многим местам Нового Завета, апостолы смотрели на многокультурность христианства
как на нормальное, естественное, ничему не противоречащее явление. Они не только не
препятствовали этому, но по сути призывали к сохранению разнообразия в Церкви:
"Только каждый поступай так, как Господь ему определил, и каждый, как Господь призвал.
Так я повелеваю по всем церквям. Призван ли кто обрезанным, не скрывайся; призван ли кто
необрезанным, не обрезывайся. Обрезание ничто и необрезание ничто, но всё в соблюдении
заповедей Божиих. Каждый оставайся в том звании в котором призван(1Кор.7:17-20)".
Многие тысячи уверовавших иудеев, так сказать, по инерции продолжали быть ревнителями
Закона (Деян.21:20). К тому же опасно было не продолжать. Апостола Павла чуть не казнили
за то, что он, мол, сам отступил от Моисея и ещё учит этому иудеев, живущих среди язычников
(Деян.21:21,28-31). Тогда Павел, пытаясь оправдать себя и вернуть к себе доверие, вошёл
(по совету старейшин Иерусалима) в храм и совершил там иудейский обряд. Этот обряд очищения,
кроме всего прочего, включал и жертвоприношения. Как свидетельствуют Деяния, Павел и раньше
прилежно исполнял иудейские обычаи: принимал обет (18:18), обрезал Тимофея (16:3).
Следовательно, он не только не отрицал культуру иудеев, но и, насколько мог, одобрял её.
То же самое, даже в ещё большей мере, касается и столпов Иерусалимской церкви Иакова,
Петра и Иоанна. Ведь Павел лишь изредка посещал Иерусалим, а они постоянно должны были
жить в нём и поддерживать свой авторитет. То, как Иерусалимские вожди советовали Павлу
сохранить себе жизнь (Деян.21:18-24), говорит о том, что они сами таким образом избегали гонения.
Если Павлу, служителю язычников, для иудеев нужно было быть "как иудей" (1Кор.9:20),
то тем более Иакову, Петру и Иоанну, посвятившим свою жизнь обрезанным (Гал.2:9).
Крайность, в которую упал Пётр в своём уподоблении иудеям (Гал.2:12), очень ярко подтверждает это.
В Писании нигде нет требования к верующим иудеям полностью оставить Закон.
Многие стихи говорят о бесполезности Закона (как средства оправдания перед Богом), но иудеи не видели
в этом основания для его абсолютного отвержения. Да этого от них и не требовалось.
Все могли спокойно оставаться ревнителями Закона, если, конечно, тот не подменяет им Христа.
Кстати, иудейский оттенок послания Иакова легко объясняется тем, что адресовано оно именно
"двенадцати коленам в рассеянии" (Иак.1:1).
Подобно и язычникам никто из апостолов не навязывал иудейскую культуру (не считая ошибки
Петра в Антиохии, косвенно принуждающего язычников иудействовать (Гал.2:14)).
Своё уважение к самобытности культуры язычников апостолы официально выразили на
Иерусалимском соборе. В решении, отправленном во многие города, указывалось не обременять
язычников чужой иудейской культурой (Деян.15:28). Тем самым была защищена многокультурность
христианства. Павел "для чуждых закона стал как чуждый закона" (1Кор.9:21).
Например, он значительно реже пользовался лексикой Ветхого Завета; чаще цитировал
греческих поэтов (Деян.17:28; Тит.1:12); требовал, чтобы коринфские мужчины не покрывали
головы и носили короткие волосы (1Кор.11:7,14), что соответствовало их местной культуре,
а не, скажем, культуре иудейских мужчин или спартанских воинов.
Уважая культуру каждого народа, апостолы тем не менее видели черту,
за которую переступать не следует. Опасность заключалась в переоценке той или иной культуры.
Чрезмерная зависимость от иудаизма могла привести Церковь к законничеству,
недооценке благодати Божией (что и случилось с адресатами посл. к евреям и галатам);
а безоговорочная лояльность перед язычеством вела к безнравственности,
недооценке святости Христа (в эту ловушку попались коринфяне).
Между этими двумя крайностями находится золотая середина, удачно выраженная в словах Павла:
"для подзаконных стал, как подзаконный [не будучи сам под Законом],
чтобы приобрести подзаконных; для незнающих Закона, как незнающий Закона
[не будучи без Закона пред Богом, но под законом Христовым], чтобы приобрести незнающих Закона."
(1Кор.9:20,21).
Итак, мы увидели, что культурное разнообразие в древней Церкви существовало,
а отношение апостолов к нему было положительным. Из этого следует, что по крайней мере,
один (один из 4-х вышеупомянутых: доктринальных, различий в симпатиях,
различий в оценке духовных даров, культурных) вид различий между церквями
(или внутри Церкви)
оправдан и не должен считаться исходящим от дьявола. Сегодняшней Церкви необязательно
быть одинаковой, если в зародыше она не была такой. Ведь зародыш определяет развитие.
Более того, если христианство с самого начала создано не подавляющим культуру,
то Церковь ни в коем случае не должна быть одинаковой. Единство - это не одинаковость,
а отсутствие разделений. Но как же так получается, что на практике именно из-за разницы в стилях,
формах, порядках начинаются разделения? Почему эта разница часто становится непреодолимым
эмоциональным барьером между христианами?
Причина не в разнообразии как таковом, а в нашем отношении к нему. Апостолы не через
культурное однообразие приходили к единству, а через преодоление неправильных установок
(или ложных верований), находящихся в человеческом разуме. Их можно свести к двум основным:
- отождествление христианства с культурой, а не с воскресшим Христом;
- отождествление христианина с культурой, а не с воскресшим Христом.
Первое заблуждение заключалось в неумении чётко разграничить внекультурное по природе
своей христианство и культуру, чрез которую оно выражается. Какое же, мол, это христианство
у язычников, и что это за любовь к Богу, если они игнорируют заповеданное Богом обрезание;
не чтят Божией субботы и праздников; не проводят различий между чистой и нечистой пищей,
которые Бог установил? Но апостол Павел рассуждал иначе:
"Кто различает дни, для Господа различает; и кто не различает, для Господа не различает.
Кто ест, для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест, для Господа не ест, и
благодарит Бога." (Рим.14:6).
"Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание,
но вера, действующая любовью." (Гал.5:6).
Из этих стихов очень хорошо видно, как Павел разграничивал главное и второстепенное.
Главное - это вера, любовь, желание служить Богу; остальное - это всего лишь форма,
через которую выражается это главное. Сущность христианства - одна, форм же может быть столько,
сколько культур существует в мире. Христианство отвечает на вопрос: что?; форма - как?
|
Верующим (особенно младенцам во Христе) тяжело бывает мысленно отделить христианство от культуры.
Трудность состоит в том, что в истории никогда не было и не может быть христианства
в "чистом виде". Оно всегда одето в определённую культуру. Таким оно и появилось на свет.
Когда христианство начало распространяться, ему приходилось каждый раз снимать с себя
прежнюю культуру и одеваться в новую. Эта "процедура" всегда была стрессом для Церкви,
которая привыкала видеть себя в старой одежде, которой казалось, что она умрёт, сняв её.
Но ведь её сущность не в одежде, сущность - в воскресшем Христе, который вне культуры.
Именно это и было камнем преткновения
|
для Иерусалимской церкви: они больше помнили Христа-иудея,
чем знали живого, реального Христа, переставшего быть иудеем. Они связывали христианство больше
с воспоминаемым Христом, чем с воскресшим и обитающим среди них.
Продолжение ...
В начало ||
О центре ||
Клуб ||
Статьи ||
Лекции ||
Атеисту
Новые материалы ||
Благодарности ||
Ссылки
|
i k t h u s @ m a i l . c o m
h t t p : / / w w w . i k t h u s . o r g . u a
