| Богословский клуб |  |
На первую страницу |
|
|
|||
| Новости сайта |
i k t h u s @ m a i l . c o m
h t t p : / / w w w . i k t h u s . o r g . u a
|
||
| |||||||||
|
| ||||||||
 |
(или размышления над 1 Коринфянам 4:1-5) Эдуард Малашкин ( Продолжение ) Дело в том, что до самого прихода Господа (ср.1Кор.11:26) мотивация каждого человека "скрыта во мраке" (4:5). Только Бог её знает, и только Бог её "обнаружит" для всех. Многие же из нас чувствуют совсем противоположное, а именно то, что о мотивах человека не трудно догадаться, ведь они так очевидны: глаза, жесты... Без особого труда мы можем определить, какой человек искренен, а какой лицемерит; кто эгоист, а кто нет. Отчего же нам гораздо легче верить лжи, чем смириться с истиной, что мотивация не доступна человеческому глазу? Не от того ли, что нам доставляет удовольствие чувствовать себя проницательными, "мудрыми", "насквозь видящими" человека? Не удовлетворяем ли мы свою гордость, когда утверждаем, что знаем вещи, которые , по словам Бога, мы не можем знать? Ведь, в сущности, мы ставим себя на один уровень с Сердцеведцем, присваивая себе Его атрибут всеведения. Помимо гордости, ещё и невежество способствует тому, чтобы мы верили лжи. Есть, как минимум, два момента, помогающие понять, почему наш взгляд на мотивацию других необъективен. 1) Не существует абсолютно строгой закреплённости (связи) между конкретным поступком и конкретным мотивом. С одной стороны, один и тот же мотив может проявиться в различных поступках, с другой – совершенно разные мотивы могут привести к одному и тому же поступку. Подобного рода явление наблюдается и в лексикологии: одно и то же значение может быть выражено разными словами – синонимами, - и разные значения можно выразить одинаковыми словами – омонимами. Это обстоятельство приводит к недоразумениям, которых в жизни, к сожалению, гораздо больше, чем в лексике. Ведь о внутреннем (мотиве) мы догадываемся лишь по внешнему (поступку, слову, взгляду, жесту), а оно, как мы увидим, не может предложить нам однозначной интерпретации. Необходимость же выбора между многими вариантами очень сильно увеличивает вероятность того, что в своих выводах мы окажемся слишком далеки от объективности. Как же именно мы можем ошибаться? Во-первых, за чужим действием мы можем "увидеть" точно такой же мотив, с каким бы мы сами совершили подобное действие. К примеру, я мог бы стать невнимательным к другим только тогда, когда зол на них; следовательно, и они, когда не уделяют мне внимания, то тем самым показывают, что они злы. Но не наивно ли утверждать, что один и тот же поступок у двух человек имеет одинаковую мотивацию. Ведь она формируется в процессе жизненного опыта каждого. Сколько людей в мире, столько же и опытов, а значит - и мотиваций. Если чьё-то действие означает для меня нелюбовь, то из этого вовсе не следует, что оно означает нелюбовь для другого человека. Одинаковые поступки – не обязательно одинаковые мотивы. Скажем, одно и то же невнимание может быть следствием или доверия к нам, или чрезмерной занятости (т.е. внимания к другим), или невежества в этике, или комплекса неполноценности,
1) мудрость – хитрость; 2) бережливость – скупость; 3) случайная ошибка – преднамеренное зло; 4) щедрость – расточительность – лицемерие; 5) кротость – льстивость; 6) воздержание – мрачность, озлоблённость; 7) весёлость – развязанность; 8) строгость – чёрствость. Даже самому чистому поступку при желании можно придать оттенок корысти, лицемерия, хитрости. После того, как иудеи увидели служение Христа, они охарактеризовали Его не иначе, как одержимого (Ин.8:48). Они "не увидели" в Его глазах ни искренности, ни чистоты, ни любви, хотя для Его учеников это казалось таким очевидным! Итак, суждения субъективны, поскольку больше зависят от интерпретирующего (субъекта), нежели от интерпретируемого (объекта). Внешние проявления мотивов таковы, что дают много вариантов интерпретаций, а какой из них выбрать - это уже зависит от того, какие мы. Мы создаём себе образ человека соответственно тому, каким мы хотим его видеть. Если, например, меня кто-нибудь раздражает, то виноват в этом я: именно я создал этот раздражающий меня образ. А создал я его прежде всего потому, что я люблю и хочу раздражаться. Другим людям, кому противно раздражение, этот же человек видится совсем по-другому. Поэтому есть доля правды в афоризме "скажи мне, как ты отзываешься о людях, - и я скажу, каков ты". Но не вся правда: объективно описать я тебя всё равно не смогу, так как в сущности опишу себя. Мы рассмотрели, почему нет одной непогрешимой интерпретации человека, далее – проанализируем, почему из всех вариантов мы склонны верить в худшие. Новые материалы || Благодарности || Ссылки
| |||||||||||||||||||||||||
| ||||||||||||||||||||||||||
