"...преступлением одного [Адама] подверглись смерти многие.., преступлением одного всем человекам осуждение..." (Рим. 5:15, 18).

      История Адама приписывается его потомкам, в результате чего ответственность за эдемский грех распространяется и на них. Ответственность очень большая: за этот проступок все до единого должны расплатиться своей жизнью.
      Такой способ мышления, естественно, не вписывается в современный индивидуализм. Однако в библейские времена (да и сейчас на Востоке) преобладал другой менталитет – менталитет с сильно развитой идеей солидарности. Древний человек не мыслил о себе как об индивидууме, но всегда чувствовал себя частицей рода, семьи, народа, которые в значительной степени определяли его судьбу¹³. Додд пишет, что "моральной единицей было общество, а не личность"¹⁴. Иудеи до сих пор называют себя именем своего прародителя Израиля, выражая свое тождество с ним. Иудеям, например, нетрудно было понять, как Левий – еще за 200 лет до своего рождения! – в лице Авраама дал десятину Мелхиседеку, "ибо он был ещё в чреслах отца [в теле Авраама], когда Мелхиседек встретил его" (Евр. 7:10).
      Как Левий "присутствовал" в Аврааме и принимал неличное и несознательное участие в выплате десятины Мелхиседеку, так и каждый человек "находился" в Адаме и таким же образом участвовал в его грехопадении. Основой для вменения греха является реальное и естественное присутствие человечества в Адаме¹⁵. В такой зародышевой, зачаточной форме все мы были в своих предках: в родителях, дедушках, бабушках и... в Адаме¹⁶. Пребывание нас в Адаме иногда легче понять, если посмотреть на то же самое с другой стороны – как на пребывание Адама в нас. Ведь Адам умер, скажем так, не весь: его клетки продолжали жить в его детях, внуках и, в конечном счёте, живут в нас. Прежде чем умереть, Адам "успел" размножить свою природу, которая, хоть и под другими именами, но с тем же составом, с теми же наклонностями продолжает жить в его потомках. В них она продолжает грешить и ими же продолжает умирать. Грешить именно продолжает, а не начинает: мой первый личный грех является далеко не первым для моей Адамовой природы. Она просто в очередной (миллионный) раз делает во мне то, что сделала когда-то в личности Адама, за что и стала смертной. Следовательно, моя личная вина к моей смерти не имеет никакого отношения; я должен умереть независимо от того, совершаю ли я личный грех, или от того, вменяется ли он мне (Рим. 5:13-14).

      Говорить, что несправедливо вменять грех Адама человечеству, можно было бы в том случае, если бы воля человечества была отделена от воли Адама. Однако дело обстоит по-другому: воля человечества – это в прямом смысле размноженная воля Адама. Эта воля как часть его греховной природы была заключена в его семени и, не меняясь в своей сути, переходила от отцов к детям. Как она переходила, как продолжала грешить – здесь не имеет значения. Бог осуждает её за первый (эдемский) грех (потому за первый, что для смерти достаточно уже одного греха). Те же, кто думают, что природа Адама присовокуплена к ним против их воли, забывают, что сама их воля является частью этой природы. Опять же – чтобы оценить Божью справедливость, нужно полностью отождествить себя с Адамовой природой и понять, что вне её нас не существует. Сами по себе (без благодати) мы не имеем ничего, что не исходило бы от Адама. Размышления Форлайнса дополнят наши мысли по этому поводу:
"Человечество было в Адаме, оно произошло от него – телом и духом. То, что мы были в Адаме, означает отождествление нас с ним в его грехе. Следовательно, мы должны участвовать в вине и осуждении Адама. Если мы отрицаем это, то, значит, не всё в Адаме было осуждено, поскольку то, что заключалось в чреслах Адама и потенциально являлось человечеством, было такой же частью Адама, как и всё остальное. Сколько бы ни было внутренних подразделений, часть никогда не утрачивает своего истинного смысла – она является частью исходного целого. Итак, мы всегда оставались с Адамом в его грехе"¹⁷.

      Так мы подходим к важному вопросу, связанному с человеческой природой Иисуса Христа. Обычно все признают, что как человек Он является Вторым Адамом, родоначальником нового, освящённого человечества. Но, к сожалению, реже обращают внимание на то, что прежде чем им стать, Христу нужно было Самому примкнуть к семье первого Адама (по родословной Он – сын Адама (Лк. 3:38)). В Иисусе, как и в любом другом человеке, продолжала жить Адамова природа. Она, разумеется, не могла в Нём грешить, ведь ещё с момента зачатия она освятилась союзом с Божественной. А вот не умереть она не могла. Как мы говорили, личное поведение человека не играет никакой роли в вопросе его смерти; всё решает Эдемский грех. Стало быть, смертная участь Христа была окончательно решена уже при Его воплощении¹⁸.
      Если смерть у Христа наступила вопреки Его святости, то воскресение наоборот – благодаря ей (Евр. 5:7). Пётр свидетельствует, что смерти "невозможно было удержать Его" (Деян. 2:24). Случилось поистине уникальное событие: впервые за всю историю один из сыновей Адама воскрес, полностью избавившись от смерти! Для обыкновенного человека это невозможно. Даже в земной юрисдикции высшая мера наказания трагична тем, что, в отличие от штрафа, тюрьмы и других форм возмездия, от смерти нельзя освободиться и посмотреть на нее как на факт, свершившийся в прошлом. Смерть не заканчивается. Но для Богочеловека это оказалось возможным. Его трехдневное пребывание в смерти было равносильно вечному¹⁹.
      Таким образом, Иисус – единственный, кто вырвался из созданного Адамом круга: Он не только принял человеческую природу, но и через воскресение поднял её на порядок выше, чем у Адама (бессмертие, прославленное тело и т. д.) Благодаря этому Он "перехватил инициативу" у Адама и стал Новым Адамом для человечества. Теперь если мы переходим из союза с Адамом в союз со Христом, то становимся зависимыми от истории Христа точно так же, как зависели от истории Адама. Под историей Христа подразумевается Его смерть, воскресение и вознесение²⁰.

      Весь этот разговор о союзе с Адамом нам был нужен, чтобы создать платформу для более глубокого понимания союза со Христом. Во-первых, оба союза аналогичны, так что познание одного уже раскрывает сущность другого. Их объединяет один и тот же принцип общности истории (как история Адама, так и история Христа приписываются человеку). Во-вторых, история Христа является логическим продолжением истории Адама. За грех, совершённый нами в Адаме, мы наказаны смертью во Христе, затем в Нём воскрешены к качественно новой жизни и вознесены к качественно новому статусу. Первые два аспекта мы далее рассмотрим подробнее.

Продолжение ...

12. Мартин Лютер. Избранные сочинения. С-П., 1994, с. 31-32.
13. Уильям Баркли. Толкование Послания к Римлянам. ВСБ, 1984, с.89.
    Отметим, что Закон Моисея запрещал чересчур развивать эту идею (Вт.24:16; 4 Цар.14 :6; Иез.18:19-20). Детей за отцов имеет право наказывать только Бог (ср. Исх.20:5). Но это Он делает далеко не во всех случаях (Иез.18:19-24).
14. C.H.Dodd. The Epistle of Paul to the Romans, p. 79
    (цит. по: Г.К.Тиссен. Лекции по систематическому богословию. С-П.,1994, с.211).
15. Дальнейшие рассуждения основаны на теории естественного представительства Адама (natural headship). Она в свою очередь базируется на традуционизме, согласно которому человеческая душа передаётся путём размножения вместе с телом. Чтобы рассмотреть эти теории, а также сравнить их с другими, смотрите, например,
    М.Эриксон. Христианское богословие, с. 533-541;
    Ф.Л.Форлайнс. Библейская систематика, с. 133-135, 140-146;
    Г.К,Тиссен. Лекции по сист. богословию, с. 207-212;
    Ч. Райри. Основы богословия, с. 259-264.
16. И в Еве тоже, но мы о ней не упоминаем, чтобы далее параллель со Христом была более яркой.
17. Ф. Лерой Форлайнс. Библейская систематика. С-П., 1996, с. 144.
18. Иначе говоря, если бы Христа не распяли, Он, спустя время, всё равно бы умер естественной смертью; и в таком случае она уже не могла бы считаться жертвой за грехи человечества. Это была бы такая же смерть, как и у всех нас - за первый грех Адама. А чтобы смерть имела статус жертвы, она должна наступить насильственно и несправедливо, подобно тому, как умирали животные во время жертвоприношений (хотя это не единственное условие). Таким образом, было бы это распятие или какая-то другая казнь - в любом случае смерть Христа должна была быть насильственной, чтобы быть искупительной.
19. Ф. Лерой Форлайнс. Библейская систематика. С-П., 1996, с.171.
20. Некоторые богословы включают сюда и земную жизнь Христа. Они полагают, что послушание Богу, которое Он проявил на земле, также вменяется нам. Но такая точка зрения слабо подкреплена библейскими свидетельствами. Обычно ссылаются на Рим 5:18-19, но в таком случае логично было бы, чтобы в Библии где-то встречались выражения "Христос прожил за нас", "мы исполнили заповеди во Христе", "в жизнь (послушание) Его крестились" и т. д. Более вероятно, что в Рим. 5:18-19 подразумевается смерть Христа. (Обр. внимание на слово "дикайома", которое можно перевести как праведное дело (ед. число)).