Христос и верующий: одна воля на двоих

      Отношения Иисуса с Отцом служат для нас ярчайшим примером того, как должен жить человек и как он и жил бы, если бы не согрешил. Безгрешный Сын Божий совершил то, что некогда должен был совершить ещё безгрешный Адам – пребывать в зависимости от Бога и таким образом явить Его образ миру (Быт. 1:26-28). Иисус пришёл в искажённый грехом мир и стал первопроходцем в том, чтобы, наконец, осуществить предназначение человеческой природы; Он привёл её к состоянию, в котором она будет пребывать всю вечность. ("И ничего уже не будет проклятого; но престол Бога и Агнца будет в нём, и рабы Его будут служить Ему" (Отк. 22:3; см. также Рим. 8:29)).
      В предыдущей статье мы увидели, что Иисус только потому смог явить Отца, что Отец явил Себя в Нём. Но, как выше мы заметили, Отец не явил Себя в Нём автоматически – этот процесс требовал от Христа активного и осознанного подчинения.
      Здесь стоит выделить два очевидных элемента, из которых состояло послушание Христа:
      1. Он отрёкся от Своей воли ради воли Отца;
      2. Он знал, в чём состоит воля Отца.
      Эти два аспекта взаимодополняющие: нужно прежде знать то, чему подчиняться (функция разума), а затем нужно подчиниться тому, что узнал (функция воли). Давайте посмотрим, как ап. Павел применяет эти два элемента к нашей с вами жизни. Это Рим. 12:1-2:

      Чтобы глубже понять процесс "вхождения" Божьей воли в нашу жизнь, рассмотрим эти два элемента детальней.
      Во-первых, мы должны отречься от своей воли. Это так называемый акт капитуляции перед Богом, и чем чаще он происходит, тем реже болеть будет наша душа. Это тот драгоценный момент, когда мы отказываемся от своеволия, от права на собственную волю. Мы прекращаем вести себя так, как будто мы сами хозяева своей жизни, и соглашаемся, что только Бог должен быть нашим Господом. Взаимоотношения с Богом снова обновляются, чтобы соответствовать принципу "господин – раб". Примечательно, что и Павел, и Пётр, и Иаков, и Иуда в начале своих посланий представляют себя читателям: "Я – раб Иисуса Христа" (Рим. 1:1; 2 Петр. 1:1; Иак. 1:1; Иуд. 1:1). А сама идея послушания, подчинения, смирения, отречения просто переполняет Библию. Вот, скажем, Иисус наставляет Своих учеников "отречься от себя и взять крест свой", следуя за Ним (Мф. 16:24). В другом месте Он учит учеников молиться Отцу: "Да будет воля Твоя" (Мф. 6:10). Но прежде чем молиться, нужно желать этого; указанные слова молитвы "Отче Наш" лишь тогда будут искренни, когда мы действительно отвергнем собственную волю в предпочтении воли Отца.
      Интересно увидеть, как же согласуется отвержение своей воли с наличием новой природы у нас, а также жизни Христа в нас. Зачем отвергать греховную волю – тут всё понятно: она бунтует против Бога; а вот как понять необходимость отвержения праведной воли, воли нашей новой природы? Далее, зачем отвергать себя, если в нас уже живёт и проявляется Христос?
      Необходимость отвержения своей воли коренится в самой сущности новой природы. Она по определению должна отвергать себя. Ведь мы человеческую природу потому и называем новой, что она стала зависимой от Бога. Нужно хорошо усвоить, что новая природа праведна не сама по себе; если мы её таковой называем, то только потому, что заведомо знаем её соединение с Господом. Мы называем её любящей только потому, что в ней живёт и проявляется любящий Христос. Мы называем её святой лишь потому, что она пропускает через себя святость Христа. Строго говоря, новая природа – это не хорошие качества, а способность принять и проявить хорошие качества Христа. Вне Христа новой природы не существует, подобно тому как не будет света в зеркале, когда мы поместим его в темноту. Если "новая" природа "решила" быть праведной без связи со Христом, одно можно сказать точно – это старая природа⁴².
      Итак, греховную человеческую волю мы должны отвергнуть, потому что она греховна, а праведную – потому что она праведна. Значит, не важно, какова она; мы должны покорить её Господу, потому что она человеческая.
      Задумаемся и над вторым вопросом: зачем отвергать себя, если в нас уже живёт и проявляется Христос? Разве не сила жизни Христа определяет теперь наше поведение? Конечно, благодаря этой силе мы теперь послушны Богу, но она не исключает, а предполагает отвержение себя. Здесь, в первую очередь, важен сам характер жизни Христа, который во многом отличается от характера жизни беса в человеке. Когда бес хочет проявиться в человеке, он действует обманом и не даёт ему видеть альтернативы. Об этом свидетельствует тот минимум усилий, которые грешник прикладывает, чтобы согрешить. Нечистый дух предусмотрительно ослепляет совесть разного рода неправдой, так что человеку почти не приходится "отвергать себя", чтобы согрешить. Нечистый дух получает наше согласие путём сокрытия от нас всей будущей правды о грехе и путём чрезмерного подчёркивания сиюминутных удовольствий и выгод от греха, а это, по сути, игнорирование нашей воли. Ведь если бы грешник здраво осознавал, к чему приведёт его грех, он бы не решился грешить.
      Иисус Христос, напротив, уважает волю человека, когда подчиняет её Себе. Он не отрицает, что грех может принести больше удовольствий и сделать нашу жизнь легче в этом мире (Тит. 3:3; 2 Пет. 2:13; Мф. 19:21-23). Он также не злоупотребляет удовлетворением телесных и душевных потребностей для привлечения человека к Себе (Ин. 6:15, 26; 6:60-67; Мк. 1:44а; 5:43; 7:36). Он хочет, чтобы мы сделали свой выбор честно, смотря реальности в глаза (Лк. 9:58; Ин. 16:1-4; 1Петр. 4:12). Поэтому послушание Богу довольно часто требует максимума усилий и сопровождается мучительной борьбой.
      Жизнь Христа в нас предполагает отречение от себя ещё и в том смысле, что инициирует его и наполняет его силой. Дело не просто в том, что я, отвергая себя, позволяю Христу проявляться, а в том, что сначала Христос, живущий во мне, даёт возможность отвергнуть себя. Как когда-то на земле Он отвергал волю человеческую ради торжества Божественной, так и теперь Он покоряется Отцу, живя в нас и отождествляя Свои усилия с нашими. Вспомним, плодом Духа также является и воздержание, и долготерпение (Гал. 5:22-23), т. е. действия, связанные с усилиями.
      Мы рассмотрели первый элемент послушания – отвержение своей воли, избавление от своеволия. Если мы каждый день переживаем подобный "спуск" от положения "над Богом" до положения "под Него", то можно говорить о нашем духовном здоровье. Но при этом крайне важно помнить следующее. Воля Божья лишь тогда реально является нашей, когда мы знаем, в чём конкретно она состоит. Если же мы не знаем этого, то всё наше подчинение Богу будет лишь кажущимся. И самое интересное, что наши чувства при этом совсем не будут отличаться от чувств людей, действительно повинующихся Богу, – такое же переживание внутренней борьбы, такая же искренность, такая же отдача себя, такая же настойчивость совести. Мы можем и не подозревать, что на самом деле повинуемся человеческой воле. Вот почему ап. Павел, говоря о полной отдаче Господу, сразу же подчёркивает, что служение должно быть "разумным", рассудительным (), что следует "не сообразовываться с веком сим", а "преобразовываться обновлением ума", "познавать волю Божью" (Рим. 12:1-2). Обновление ума – это вторая составляющая послушания.
      Во что превращается послушание Богу без знания Бога представить нетрудно. Для этого необязательно вспоминать крестовые походы или подвиги монахов-фанатиков. Мы все без исключения приходим в христианство с багажом устоявшихся житейских принципов, которым готовы следовать несмотря ни на что. Для нас стали естественными определённые модели поведения; мы считаем, что наиболее правильной реакцией на что-то будет именно то поведение, к которому мы привыкли. И всё бы было ничего, если бы мы свои стереотипы мышления не принимали за Божью волю. А так ведь сами себе создаём бога, затем подчиняемся ему и довольны! В результате из нашего поля зрения уходит сфера жизни, неподчинённая Господу⁴³.
      Люди с рациональным подходом к жизни никак не могут увидеть, что иногда Бог хочет, чтобы они совершили незапланированный, или необдуманный, или кажущийся нелогичным поступок. Люди по натуре чувствительные не замечают, что Бог иногда ждёт от них проявления твёрдости, в других случаях – безжалостности или равнодушия; они не могут представить себе Иисуса "таким чёрствым". Люди, привыкшие к "быстрой" жизни, зачастую оказываются вне тех дел, где Бог работает медленно; а люди "созерцательного" склада не слышат Бога, когда Он побуждает их ценить время, своё и других. Люди с комплексом неполноценности бывают весьма удивлены, когда познают, что их неуверенное поведение не есть проявление духовности, а в большинстве случаев даже является грехом перед Богом. Люди же с завышенной самооценкой, как правило, не воспринимают Бога, когда Он унижает и обличает их; любое угрызение совести у них изначально идентифицируется с дьявольской уловкой⁴⁴.
      Ряд примеров можно и дальше продолжать, но принцип ясен: пока ум не обновлён, наше понимание характера Иисуса Христа будут узким и односторонним. Значит, таким же будет и наше послушание Ему.

Продолжение ...

42. Существует два понимания сущности новой природы – субстанциональный и реляционный. В первом новая природа представлена как некая новая субстанция, возникающая в человеке во время его рождения свыше.
    А во втором новая природа видится скорее как новое отношение человека к Богу. Другими словами, одна и та же человеческая природа может быть названа и новой, и старой природой (духом или плотью) в зависимости от того, соединена ли она с Богом. Точнее, те её мысли, чувства и желания, которые подчинены Богу – это новая природа, все остальные – старая природа. Но при этом (на более глубоком уровне) мы имеем дело с одними и теми же разумом, чувствами и волей, одной и той же душой, одним и тем же человеком, одной и той же субстанцией.
    Я предпочитаю второй подход, реляционный. Он не приводит к дуализму сущностей, характерному для первого подхода. Такой дуализм на практике выражается в том, что христиане, желая жить по новой природе, пытаются полностью отвергнуть всё, что имеет происхождение от Адама, а это и естественный разум, и естественные человеческие способности и т. д. Всё это, по их мнению, и после возрождения остаётся старой природой; к новой относятся лишь те дарования, которые имеют сверхъестественное происхождение. Я полагаю, что субстанциональный подход стоит назвать небиблейским уже хотя бы по той причине, что он привязывает греховность к самому корню человеческой сущности. Такой взгляд не далеко ушёл от гностицизма.
43. Сходным образом и ученики сначала понимали Христа-Мессию лишь в политическом аспекте – как освободителя Иудеев от римского гнёта. И 'подчинялись' Ему соответственно (Ин. 18:10). А страдающему или воскресающему Мессии им крайне трудно было подчиняться (Мф. 16:21-23; Лк. 24:25, 26).
44. Как я понимаю, и высокая, и низкая самооценки одновременно сочетаются в каждом человеке, просто они относятся к разным сферам жизни.