Крайностей, как правило, бывает две: одна из-за недооценки,
вторая из-за переоценки какого-либо фактора.
Если мы не пользуемся мудростью прошлого, не интересуемся историей своей
церкви и всего христианства, не углубляемся в книги богословов-классиков,
не исследуем соборную мысль Церкви, то мы недооцениваем наследие.
Мы не правы, если думаем, что из того «тёмного» времени нечему поучиться.
Так, гляди, и наше время может превратиться в тёмное. История при внимательном
рассмотрении – та же самая современность, только в немного иной форме.
Характеры те же, проблемы те же, мысли те же, решения те же. История,
поверьте, очень и очень актуальна для нас. Она полезна хотя бы тем,
что мы поймём истоки своего богословия и перестанем считать его напрямую
вышедшим из Библии. Кроме того, мы будем знать свои корни, а это важно,
чтобы не чувствовать себя бездомными в богословии.
Противоположная крайность состоит в чрезмерном преклонении перед богословскими
решениями прошлых столетий. Это переоценка традиции (Рис. 12.7).
Если наши предки мыслили, то это не значит, что нам надо перестать мыслить.
Богословие должно быть переосмысленным нами, иначе оно мертво.
Соборные решения, например, – это лишь предварительное мнение для нас, т. е.,
пока не найдено ничего лучшего, мы принимаем его. Но быть в поисках лучшего
богословия, лучших интерпретаций, лучших формулировок – это наша прямая задача.
Не нужно чувствовать себя закрепощённо. Богословие – это наш дом, а не тюрьма,
поэтому и подход к нему должен быть творческим. Да, корнями нужно уходить
в прошлое, но не надо зарывать голову в песок, пугаясь современности.
Рис.12.7 Крайности, связанные с наследием
Далее, необходимо избегать крайностей по отношению к влиянию современной
церкви (Рис. 12.8). С одной стороны, не надо недооценивать его, так как
оно всё равно будет. В христианстве нет места богословам-одиночкам.
Церковь – это тело, изначально устроенное так, что каждый его член
несамодостаточен. Свободное от всех богословие невозможно из-за самой природы тела.
Поэтому лучше сознательно поставить себя в зависимость от живого христианского
сообщества: слушать, читать, принимать во внимание, встречаться, спрашивать,
советоваться, взвешивать. Искать богословов, на которых можно равняться.
Таким образом мы приобщимся к дарам Духа Святого, проявляющегося в Церкви,
и не будем чувствовать себя бездомными.
Рис.12.8 Крайности по отношению к современной церкви
С другой стороны, зависимость не должна стать абсолютной, т. е. не нужно
переоценить церковное мнение. Хотя вероятность того, что оно ошибочное,
меньшая, чем в личном, тем не менее, и оно несовершенное. Мышление
"нашего братства" не должно стать монстром для нас, иначе мы превратимся
в безответственных, не способных ни на какую личную инициативу людей.
Многие некогда живые и плодоносные церкви из-за такого тотального контроля
над мировоззрением своих членов превратились в жёсткие, неразвивающиеся,
неживые структуры. Быть бездомным – это, как мы говорили, плохо, но
превратить дом в тюрьму – также весьма недостойное для Церкви дело.
И, наконец, проанализируем, какие крайности существуют относительно личного
мнения (Рис. 12.9). Есть люди, недооценивающие его значимость.
Они всеми силами стараются "раствориться в коллективе", нигде не противоречить ему.
Чаще всего это приводит к лицемерию, так как невозможно всегда искренне со всеми
соглашаться. Более того, через такое поведение угашается работа Духа Святого в сердце,
поскольку вся мудрость, которую Он открывает человеку, так и остаётся невостребованной.
Человек всё меньше и меньше становится способным где-то проявить себя.
Он отчуждается от церкви, церковь отчуждается от него, и в результате –
христианин чувствует, что он, по сути, бездомный.
Рис.12.9 Крайности по отношению к личному мнению
Но есть и такие, которые сильно переоценивают значение личного мнения.
Мол, важно во всём быть оригинальным, не надо нигде никого повторять.
Верующих интересует не столько истина, сколько желание отличиться от других.
На этом дело не заканчивается: важно ведь не просто быть уникальным,
но и утвердить свою уникальность. Они спорят, критикуют, пытаются навязать
своё мнение другим, найти себе последователей, теряют контроль над собой...
А началось всё с гордыни – они за своим собственным мнением не увидели мнения других,
которое, может быть, намного лучше согласуется с библейской истиной.
Таким образом, они предпочли остаться в узких рамках своего мировоззрения и
отказались обогатить его мировоззрением других. Если раньше людей,
идеализирующих своё богословие, мы описывали как пребывающих в тюрьме своей
традиции или своей церкви, то здесь таковые находятся в тюрьме своего
собственного разума.
При ясном осознании крайностей "бездомности" и "тюрьмы" нам легче воспитать
в себе здоровое отношение к человеческим факторам в богословии.
Наиболее уравновешенный взгляд заключается в понимании, что богословие
нашей церкви и личные убеждения – это наш дом (Рис. 12.10).
Мы можем навещать соседей, путешествовать в другие города, но мы знаем,
что мы не бездомны, что мы чему-то принадлежим. Мы, может быть, не во всём
согласны с устройством своего дома, но это наш дом, мы ценим уже за то, что он есть.
Мы можем быть не во всём согласны со своими служителями, но это наши служители,
они принадлежат нам, а мы им. Мы можем критиковать что-то, менять,
реформировать, перенимать лучшее у кого-то, но это мы делаем в доме.
Важно само отношение: мы смотрим на предмет критики не как на что-то
внешнее и чужое, а как на внутреннее, своё. Когда мы отождествляем себя
с церковными недостатками, критика становится созидательной.
Заодно и характер изменится – мы попытаемся быть мягче, добрее,
снисходительнее. Также мы будем далеки от того, чтобы превращать дом в тюрьму.
Пусть для вас это будет напутственным словом.
Занимаясь богословием, помните о своём доме.
Рис.12.10 Равновесие между факторами, формирующими богословие
i k t h u s @ m a i l . c o m
h t t p : / / w w w . i k t h u s . o r g . u a
